Зачем жесткому полноконтактному стилю формальные комплексы?

Киокушинкай привыкли оценивать по другим меркам: не по красоте заученного рисунка, а по тому, сколько ударов человек выдержал и как ответил. Но в программе экзаменов на кю по-прежнему лежат Тайкеку, Пинан и Санчин: на аттестации проверяют и технику, и ката, и кихон, и кумите. Но зачем самому жесткому полноконтактному стилю комплексы, после которых нет ни одного синяка? Ответ спрятан в биографии стиля.



Две библиотеки в одном додзе


Масутацу Ояма не создавал ката с нуля. Среди его учителей называют Гиго Фунакоси (сына основателя Шитокан), Со Нэй Чу и Гогэна Ямагути из Годзю-рю. Первое додзе Оямы открылось в 1953 году за университетом Рикке, и учили там именно Годзю-рю. Собственную теорию он развил позже.

Поэтому ката киокушинкай делятся на две ветви. Классификацию приводит Кэмерон Куинн, много лет переводивший Ояме:

  • северные ката идут от школы Сюри-тэ и взяты из Шитокан (Тайкеку, Пинан, Тэкки, Бассай, Канку);
  • южные идут из традиции Наха-тэ, в основном из Годзю-рю (Санчин, Гэкисай, Тэнсе, Сайфа, Санчин, Сэйпай).

Совпадение показательное: две ветви ката – это буквально два учителя Оямы. Исключение – Янцу. Одна из версий связывает его с Мотобу-ха Сито-рю, но точного подтверждения в источниках нет.



Букварь для школьников


Тут скрыта главная ирония. Тайкеку придумал Еситака (Гиго) Фунакоси, а Гитин Фунакоси ввел в обучение, чтобы упростить принципы Пинан (Хэйан). Сами они уже были упрощением. Гэкисай создал основатель Годзю-рю Тедзюн Мияги примерно в 1940 году, когда преподавал школьникам Окинавы, и сделал эти ката введением в стиль. 

Получается, что самый жесткий стиль начинает путь с учебных пособий, написанных для массового обучения. Для киокушинкай, построенного как система из десяти ступеней кю и десяти данов, это скорее находка, чем парадокс: готовая методичка, проверенная школами.



Мостик и линейка


Сам Ояма относился к ката предельно серьезно:

«Самым важным в практике каратэ являются номинальные упражнения. В них переплелись все техники защиты и нападения. По этой причине мы должны в совершенстве знать их аналитическую значимость, и всегда правильно выполнять. Хотя, возможно, есть люди, которые думают, что это им не надо и это можно игнорировать, занимаясь только боевой практикой. Такой подход и такое отношение никогда не приведут к реальному прогрессу познания и совершенствования каратэ».


Место ката в системе он объяснял языком грамоты: кихон – буквы, ката – слова и фразы, кумите – разговор. Короче то же самое  выразили в рассылке организации World Oyama Karate (2015 год):

«Крепкий кихон делает крепкое ката. Крепкое ката делает крепкий кумите»


Сейчас существуют соревнования по ката, но есть и еще одна сцена, где она нужна всерьез, – экзамен. Это и есть главная функция: линейка. Кю-экзамен дает единый список, понятный додзе разных стран: движение либо выучено, либо нет. Для организации, которая с 1964 года (IKO) выходила за пределы Японии, такая линейка полезнее красоты. 



Не музей


Ояма не обращался с наследием как с реликвией. Ура-ката, зеркальные версии комплексов, он разработал как помощь в развитии баланса и круговых техник против нескольких противников.

Санчин – ядро Годзю-рю, название переводят как «три битвы». Комплекс считают южнокитайского (фуцзяньского) происхождения. Легенда приписывает его Бодхидхарме, но это именно легенда, исторических подтверждений нет.

Эмблема киокушинкай – канку – восходит к ката Канку-дай. Стиль, который «не любит» ката, носит ее на своем знаке.



Перебор в другую сторону


Ояма предупреждал и об обратной крайности, о поверхностном подходе:

«Как бы ни был широк опыт человека, он бесполезен, если в нем нет глубины, которую по-настоящему дает систематическая практика кихон и ката. Независимо от того, сколько номинальных упражнений человек может знать, если он недостаточно их натренировал, они будут бесполезными».


Заметьте: речь о глубине, а не о количестве часов. На практике же маятник часто уходит слишком далеко. Во многих школах кихон и ката занимают до половины тренировочного времени.

Проблема в том, что ката напрямую в бою не помогает. В ней нет живого партнера, сопротивления, дистанции и тайминга, а именно из них складывается кумите. Для бойца, который выходит на турнир, где ката не оценивают, есть упражнения с большей отдачей на час тренировки:

  • работа на лапах и мешках с акцентом на лоу-кик и комбинации;
  • условные спарринги с ограничениями (только дистанция, только ноги, только ближний бой);
  • парная работа с сопротивлением;
  • силовая и функциональная подготовка, развитие выносливости.

Безусловно, и у этой позиции есть оппоненты. Тренеры традиционных школ считают, что без прочной базы кихон и ката спарринг превращается в драку. Но между словами Оямы «нельзя игнорировать» и практикой «половина занятия» большая дистанция. Он говорил о внимании к ката, а не о проценте времени во время тренировки.



Итог


У ката в киокушинкай три роли. Это паспорт: она хранит генетику. Это линейка: на экзамене ее можно проверить по единому стандарту. Это мостик: она соединяет кихон с кумите. Но мостик нужен, чтобы по нему пройти, а не жить на нем. Ката хорошо там, где его не заменить: база, память стиля, дыхание и баланс. Основное время современного бойца стоит отдавать работе, которая ближе к бою.
 
Добавить новость
Кубок Урала по киокушинкай