Почему обесценилась аттестация в киокушинкай в России

Сразу оговорюсь: все, что написано ниже, – личная точка зрения автора, основанная на открытых источниках и наблюдениях за киокушин-сообществом. Если вы спортсмен, тренер или экзаменатор, и видите картину иначе – пишите в комментариях, мы это только приветствуем. 



***

Строгость аттестации сильно отличается от федерации к федерации, от школы к школе и даже от настроения конкретного шихана в конкретный день экзамена: где-то дан-тест – это без преувеличения многочасовое испытание раз в год перед строгой комиссией, а где-то – формальность, которую нужно просто «оплатить и явиться». Этот текст – не приговор всей системе, а попытка разобраться, откуда взялось ощущение, что черный пояс перестал быть статусом.

Деньги как двигатель аттестации

Экономика вопроса выглядит буднично, но многое объясняет. Сама по себе платность аттестации – не аномалия: федерации киокушина в большинстве стран являются общественными организациями без государственного финансирования, и экзаменационный взнос – по сути, единственный способ содержать судейский корпус, международные связи и сборы. Но у этой модели есть оборотная сторона. Как только аттестация становится основным источником дохода для федерации или конкретного бранч-чифа, возникает встроенный конфликт интересов: экзаменатор финансово заинтересован в потоке сдающих, а не только в объективности оценки. Формулировка «взнос – это вклад в развитие организации» в теории звучит благородно, но на практике стирает грань между «заплатил за право сдавать» и «заплатил за пояс».

Раскол, который случился без спроса

После смерти Масутацу Оямы в 1994 году единая организация IKO раскололась на несколько конкурирующих структур – IKO1, IKO2 (впоследствии WKO), Kyokushinkaikan Union, Kyokushin-Kan International и другие. В одной только России сегодня киокушин в разных вариациях культивируют около десятка организаций национального и межрегионального уровня. Единого «Госстандарта» на чёрный пояс не существует – признание степени является продуктом конкретной федерации, а не спорта в целом. Отсюда и первая структурная причина инфляции поясов: когда стандартов десять, а не один, появляется конкуренция, а у каждого желающего – выбор, в какой из десяти сдавать проще.



Раздробленность и закрытые дан-тесты

Фрагментация организаций усиливает проблему ещё и потому, что у каждой – свой регламент, своя комиссия и своё понимание строгости. Показательный пример – конфликт 2016 года между Федерацией Кёкусин-кан России и союзом «Киокусин-Профи». Формальным камнем преткновения стал именно вопрос о дан-тестах: союз настаивал на праве проводить отдельные, закрытые экзамены на чёрные пояса для своих членов, а не сдавать их на общей летней школе перед единой квалификационной комиссией. Президиум Кёкусин-кан отказал, аргументируя это тем, что закрытая школа по определению не может обеспечить те же требования и ту же комиссию, что и всероссийская. Конфликт в итоге привёл к разрыву отношений – но сама логика спора хорошо иллюстрирует механизм: там, где появляется возможность аттестовываться «у своих» и «по-своему», единый уровень чёрного пояса неизбежно начинает расползаться.

Пояс как знак статуса, а не мастерства

Отдельная и деликатная тема – практика присвоения высоких данов людям с общественным весом, а не только со спортивными заслугами. На сайтах ряда организаций в открытом доступе публикуются списки чёрных поясов, где рядом с действующими спортсменами и тренерами фигурируют влиятельные общественные и государственные деятели, получившие даны в качестве почётного или символического признания. Это не секрет и не инсайд – такие списки публичны, и сама практика вручения почётных данов существует во многих боевых искусствах по всему миру. Проблема не в самом факте, а в том, что она размывает базовое ожидание: чёрный пояс перестаёт однозначно читаться как «этот человек может показать соответствующий уровень техники и кумитэ», и начинает читаться как «этот человек значим для организации» – два разных, хотя и не взаимоисключающих, основания для одного и того же пояса.

Чёрный пояс молодеет

Традиционно 1-й дан в киокушинкай привязан к совершеннолетию: в большинстве систем экзамен на чёрный пояс не сдают раньше 18 лет, а несовершеннолетним спортсменам иногда присваивают промежуточный «юниорский» чёрный пояс с последующей пересдачей во взрослом возрасте. В некоторых федерациях, пусть и при соблюдении определённых условий, 1 дан получают ребята ещё младше – известны случаи аттестации юниорского чёрного пояса в 13 лет. Что тоже влияет на «авторитет» этого достижения.

Кстати, с получением ученических степеней ситуация не лучше – очень много неготовых детей получают очередной кю массово.



Мотивация: статус вместо боевого уровня

Часть проблемы – не в организациях, а в самих учениках и их тренерах. Немалая доля сегодняшних занимающихся приходит в зал не за боевым искусством, а за фитнесом в каратэ-ги, и для них цвет пояса – это в первую очередь понятная шкала прогресса и мотивации, а не заявка на реальную боеспособность. Тренерам, в свою очередь, выгодно иметь в зале больше обладателей данов и высоких кю: это повышает статус школы, помогает при открытии филиалов и привлечении новых учеников. Когда обе стороны заинтересованы в том, чтобы пояс был получен, а не только в том, чтобы он был заслужен, планка требований довольно естественно начинает снижаться – без всякого злого умысла, просто как результат совпадающих стимулов.

Никто сверху не проверяет

Последний системный фактор – отсутствие внешнего контроля. Киокушин в России в основном существует вне системы государственных ДЮСШ, соревнования и аттестации в нём платные, а членство в конкретной организации – обязательное условие допуска к экзамену. Единого внешнего надзора за качеством аттестации нет: каждая федерация сама устанавливает нормативы, состав комиссии и стоимость экзамена. В таких условиях рынок поясов регулируется, как любой рынок, спросом и предложением: если есть спрос на быстрый и необременительный чёрный пояс, рано или поздно найдётся организация, готовая такое предложение сформировать.

Не всё так однозначно

Справедливости ради: описанные механизмы не универсальны и работают не в каждой федерации с одинаковой силой. Есть организации, где правила устроены жёстко и без исключений. Такие структуры прямо позиционируют строгость как ценность и открыто отказывают партнёрам, которые просят особых условий сдачи. То есть проблема не в самой идее платной и организованной аттестации, а в том, что при отсутствии единого стандарта у каждой федерации есть выбор – держать планку или её снижать, и на этот выбор влияют вполне земные факторы: деньги, конкуренция за учеников и желание не потерять партнёра ради формальной строгости.



Итог

Чёрный пояс в российском киокушинкай не обесценился одномоментно и не по вине одного человека или одной организации. Это результат наложения нескольких процессов: раскол 1994 года умножил число федераций и стандартов, аттестация превратилась в главный источник дохода для многих организаций, часть данов стала инструментом статуса и лояльности, а не только оценкой техники, а отсутствие государственного регулятора оставило рынок поясов саморегулируемым – со всеми плюсами и минусами бизнеса и конкуренции. При этом строгие школы существуют и сегодня, и путь к чёрному поясу в них по-прежнему требует многолетних тренировок и реального уровня на татами. Вопрос в том, что рядом с ними появилось достаточно альтернатив, чтобы сам факт наличия дана перестал быть однозначной гарантией мастерства – и это, пожалуй, главная потеря, которую стоит признать честно, а не заметать под коврик разговорами о «духе будо».