Почему крупнейшая азиатская лига ONE – идеальное место для киокушиновцев

Если присмотреться к тому, кто сегодня носит пояса в ONE Championship, бросается в глаза одна деталь: за спиной у заметной части чемпионов – не бокс и не муай-тай с детства, а киокушинкай. Это не случайное совпадение вкусов отдельных бойцов, а результат того, как устроена сама лига – и того, как устроен сам киокушин.



Что такое ONE Championship

ONE Championship – промоушен со штаб-квартирой в Сингапуре, основанный в 2011 году Чатри Ситьодтонгом и Виктором Цуи. Изначально организация занималась только смешанными единоборствами, но со временем добавила отдельные дивизионы муай-тай, кикбоксинга и грэпплинга – и теперь регулярно проводит турниры по всем четырем направлениям под одним брендом. ONE считается крупнейшим промоушеном боевых искусств в Азии, его события транслируются более чем в 150 странах, а сам Ситьодтонг с самого начала выстраивал лигу как пан-азиатский проект – альтернативу западным промоушенам, где во главу угла поставлены не только зрелищность, но и уважение к боевым искусствам как культурной традиции.

Почему именно киокушиновцам здесь так комфортно

У большинства крупных промоушенов мира – жесткая специализация. UFC и АСА – это ММА и больше ничего: нет навыков борьбы – нет шансов. Glory – чистый кикбоксинг, где стендап решает все, но нет муай-тай с клинчем и локтями. Rajadamnern и Lumpinee – это муай-тай в его тайском каноне, куда иностранному бойцу пробиться крайне тяжело. 

ONE решает эту проблему структурно. Боец может дебютировать сразу в кикбоксинге или муай-тай – с минимальной адаптацией, без необходимости бороться в партере, – и при этом оставаться в топовом, хорошо оплачиваемом промоушене с мировым охватом. Более того, лига прямо поощряет переходы между своими дисциплинами, и для бойца с каратэ-бэкграундом это означает, что можно не выбирать между двумя рингами, а держать оба одновременно – случай, немыслимый почти в любой другой крупной организации.



Есть и техническая причина. Авторитетные разборы кикбоксинга называют именно киокушинкай одной из трех классических баз профессионального кикбоксера – наряду с муай-тай и чистой школой К-1. Низкие удары ногами, работа на сокращение дистанции без страха перед обменом ударами, привычка держать удар без защитного снаряжения – все это киокушин дает в избытке, и переносится в кикбоксинг почти без адаптации. Среди известных примеров такого перехода называют Глаубе Фейтозу, Франсиско Филью и Тэнсина Насукаву – бойцов, выросших именно на киокушине до прихода в кикбоксинг.

Лица ONE из киокушинкай

Юки Ёдза (Япония) – обладатель 2-го дана по киокушинкай и самый молодой чемпион мира IKO в истории: титул он выиграл в 19 лет. В ONE с апреля 2025 года, тренируется в токийской команде Team Vasileus. Сам Ёдза говорил о своей школе прямо:




Роман Крыкля (Украина) – действующий двукратный чемпион ONE: в кикбоксинге (полутяжелый вес) и в муай-тай (тяжелый вес). Каратэ он начал заниматься в шесть лет в родном Краснограде, более десяти лет оставаясь в этой дисциплине, прежде чем добавить бокс, кикбоксинг и муай-тай – и именно эта многолетняя каратэ-база, по словам самого бойца, стала фундаментом его нынешней техники.

Джонатан Ди Белла (Италия/Канада) – действующий чемпион ONE в легчайшем весе кикбоксинга. Черный пояс по киокушинкай получил в семейном зале отца и не скрывает, насколько школа определила его стиль:



Масааки Ноири (Япония) – двукратный чемпион K-1, в ONE с апреля 2024 года. Начинал не с классического киокушина, а с шин-карате – направления, прямо производного от киокушинкай, но адаптированного под перчатки и удары в голову. В школу каратэ его в свое время привела защита от травли в школе – обычная для киокушина история, когда стиль выбирают не ради спорта, а ради умения постоять за себя.

Ёдза, Ноири и их партнер по команде Такэру Сэгава (черный пояс по шин-карате) – тренируются в одном токийском зале Team Vasileus, и именно вокруг этой команды сегодня во многом строится продвижение ONE на японском рынке.

Рукия Анпо (Япония) – самый, возможно, хрестоматийный пример. Заниматься каратэ начал в три года вместе с младшим братом Рику, и оба в детстве успели стать героями документального сюжета на японском телевидении как настоящие «вундеркинды каратэ». Позже Анпо перешел в кикбоксинг и стал чемпионом K-1 в суперлегком весе, финалистом Гран-при K-1 2021 года в полусреднем весе, а в 2024 году даже провел выставочный бой против Мэнни Пакьяо. В ONE Championship подписан совсем недавно: промоушен-дебют состоялся в ноябре 2025 года на турнире ONE 173 в Токио против Марата Григоряна.
Есть в лиге и еще бойцы, чья связь с киокушином не менее однозначна: Набиль Анан (Алжир/Таиланд), который с семи лет занимался каратэ и тхэквондо, прежде чем полностью перейти в муай-тай, и Юя Вакамацу (Япония). Это подтверждает общую картину: по наблюдениям специализированных сообществ, большинство японских кикбоксеров в ONE так или иначе начинали с киокушина или шин-карате.



Почему это особенно работает для японцев

ONE изначально задумывался как азиатский проект, и Япония – один из ключевых рынков лиги: турниры часто проводятся в Токио, транслируются по Abema TV, а продвижение местных звезд – часть стратегии компании. Для японского киокушиновца это редкое совпадение интересов: лига, которая готова вкладываться именно в бойцов его страны и его школы, базируется в Азии, а не за океаном, и выстраивает громкие карды именно вокруг японских имен. В других лигах, ориентированных прежде всего на североамериканский рынок или Европу, такой локальной поддержки для японского каратиста просто нет.

А что с российскими бойцами?

В ONE выступает много россиян, и киокушиновцы среди них тоже есть – но заметно меньше, а причина здесь с обратным знаком.
Главный пример – Виталий Бигдаш, экс-чемпион ONE Championship в среднем весе (выиграл титул в 2015 году, дважды его защитил). Каратэ киокушинкай Бигдаш занимался с детства, дошел до мастерской степени, и сам не раз говорил, что именно эта база дала ему способность жестко встречать соперника и держать запредельный урон. Его титульный камбэк против Игоря Свирида в киокушин-сообществе до сих пор приводят как пример «духа киокушина» в октагоне.
Но все же, в основном, российские выходцы из киокушина выбирают в профессионалах больше ММА и чисто кикбоксерские организации. И это ключ к объяснению: для японского каратиста естественный путь лежит именно в ONE, потому что в Японии есть целая экосистема ударных промоушенов – K-1, Krush, – исторически завязанных на каратэ, откуда бойцы напрямую мигрируют в ONE, минуя ММА вовсе. В России сопоставимой лиги чистого кикбоксинга или муай-тай нет, поэтому российский каратист, уходящий в профессиональный спорт, почти всегда идет туда, куда смотрит российский ММА-рынок: это прежде всего UFC и домашние лиги вроде ACA и RCC, а не сингапурский ONE.



Итог

ONE Championship оказался для киокушиновцев едва ли не идеальной экосистемой – и не в силу случайного стечения обстоятельств, а по структурным причинам. Это один из очень немногих промоушенов в мире, где можно прийти из полноконтактного каратэ напрямую, без необходимости осваивать борьбу и грэпплинг, выступать сразу в нескольких ударных дисциплинах под одной крышей и даже держать по два титула одновременно. Добавить к этому историческую память – сам Ояма готовил своих учеников к кикбоксингу еще в конце 1960-х, – и японский фокус лиги, который превращает ONE в естественный дом именно для бойцов с корнями в киокушине и его производных стилях вроде шин-карате. Для спортсмена, выросшего на жестком контакте без перчаток, но столкнувшегося с ограниченностью чисто каратэшных карьерных путей, ONE сегодня – едва ли не единственная крупная площадка, где этот бэкграунд не приходится прятать или переучивать, а можно превратить в главное конкурентное преимущество.